Реклама
Окна ПВХ что такое пластиковые ПВХ окна.

Максим Калашников

 

О "признанных экспертах" и "бреде Калашникова"

(Отрывки из новой книги)

 

Всегда первопроходец вынужден с кровью проламываться сквозь стенку дипломированных специалистов и признанных ученых, твердящих: «Безумие, бред, невозможно, вредительство!» Если бы все зависело от экспертов и признанных научно-технических авторитетов, то наше развитие давно застыло бы или затопталось на месте. Но, хвала небесам, всегда находятся безумцы, которые поступают вопреки «авторитетным и компетентным» мнениям. Так что – честь и слава безумным гениям! Благодаря им мы движемся вперед.

Давайте познакомимся с некоторыми из примеров. Для разминки.

Некоторые курьезы люди моего поколения знают еще по детским книжкам. Например, историю с открытием пароходного сообщения между Европой и Америкой через (естественно) Атлантику.

Итак, в 1836 году английский ученый, доктор Ларднер, выступил с нашумевшим докладом, где доказывал: будущее парусного судоходства непоколебимо! Пароходы – чушь! «Намерение установить регулярную связь между Ливерпулем и Нью-Йорком посредством паровых судов так же несбыточно, как стремление создать линию Ливерпуль-Луна» - заявил уважаемый эксперт, и его слова перепечатали многие тогдашние газеты. Ларднер высказал своего высокопрофессиональное мнение, невзирая на то, что еще в 1819 году американское судно «Саванна» пересекло Атлантику, часть пути проделав на паровой тяге (остальное время – под парусами). А в 1833-м по такой же схеме через океан перешел канадский «Ройал Уильям».

Минуло всего два года, и в 1838 британский пароход «Сириус» пересек Атлантический океан за пятнадцать с половиной дней, ни разу не воспользовавшись парусами. Покаялся ли после этого доктор Ларднер – мне неизвестно.

А случай, когда гениальный химик Антуан Лавуазье, возглавляя французскую Академию наук, провел через нее решение о том, что падение метеоритов невозможно в принципе, и что Академия вообще не будет рассматривать сообщения о падении камней с неба?

А скандал с академиком Бульо в 1878-м? Годом раньше Томас Эдисон изобрел первый в мире способ записи звуков и речи человека – иглой на валике так называемого фонографа. Это было невероятно по тем временам. И вот фонограф 24 марта 1878-го привезли во все ту же французскую Академию наук. Во время демонстрации академик Жан Бульо внезапно сорвался с места и набросился на представителя Эдисона:
Негодяй, плут! Вы думаете, мы позволим какому-то чревовещателю надуть высшее ученое учреждение?!

А вот вам еще живые и весьма красноречивые примеры…

Изобретателем паровой машины непрерывного действия, которая и привела к началу промышленной революции, выступил Джеймс Уатт, совершивший инженерный свой прорыв в 1786 г. К началу XIX столетия Уатт стал солидным господином, совладельцем компании по производству стационарных паровых двигателей и, конечно, признанным авторитетом в их области. На его заводе в Бирмингеме работал механик Уильям Мердок, который бредил постройкой самоходной повозки на паровой тяге, по сути дела – о первом автомобиле. И что же, Уатт разделил эту мечту? Ничуть не бывало! На его опыты владельцы завода, Уатт и Болтон, смотрели осуждающе, а потому энтузиасту пришлось работать по ночам.

Работы Болтона разожгли такую же страсть в еще одном молодом механике, Ричарде Тревитике. Он понял: самобеглый экипаж с паровым двигателем построить можно, только прежние машины Уатта для того непригодны. Они используют пар слишком низкого давления, а потому чересчур громоздки. А тут нужен двигатель небольшой, но мощный. Значит, давление пара нужно радикально повысить.
Едва только признанное светило паротехники Уатт узнал об этом, как сразу взвился на дыбки: «Только убийца, ни во что не ставящий человеческую жизнь, может настаивать на применении пара в 7-8 атмосфер!» (Г.Черненко. «От паровоза до магнитоплана» - «Балтийская книжная компания», 2006 г., с. 12)

К счастью, Тревитик оказался мужиком волевым и при деньгах. Наплевав на гнев Уатта, он в 1801 г. построил действующую карету с паровым мотором. Она хотя медленно, но уже ездила сама, таща на себе водителя (самого Тревитика) и нескольких седоков. Посрамив скептиков, бешеный механик предложил развитие своего изобретения. Мол, паровые экипажи должны таскать за собой тележки – но не по земле, а по двум металлическим колеям, рельсам. Чтобы доказать это и заинтересовать бизнесменов новой технологией, Ричард Тревитик на свои средства в 1804 году строит первый паровоз, несколько прицепных повозок к нему – и на окраине Лондона строит аттракцион. То бишь, маленькую кольцевую дорогу, по которой бегает локомотив с вагончиками, катающий всех желающих за божескую плату.

Но английские бизнесмены тех времен к игрушке этой отнеслись без всякого интереса. Ни хрена они в ней не разглядели, не поняли, что железные дороги – это фантастический прорыв в возможностях человека, в экономике, политике, стратегии и военном деле. А потом рельс лопнул, паровоз сломался – и Тревитик, махнув на затею рукой, занялся другими изобретениями. А первую железную дорогу в Англии построили только двадцать лет спустя. И именно железные дороги породили современную техноцивилизацию, сделали возможными мегаполисы и миллионные армии. По сути дела, на стальной паутине этих путей наросла плоть всего современного мира.

***


Интересно? Вот вам другой пример. Что еще породило современный мир? Ракеты. Ракетная техника. Она – это не только космос, но и совершенно новые принципы ведения войны, новая мировая политика. Итак, начало Великой Отечественной, декабрь, Омск…
- Уверяю вас, ракеты – тупые существа, дрессировке они не поддаются, как не поддаются дрессировке крокодилы. Летать вы их не научите: палка с постоянным смещением центра масс летать устойчиво не может. Я читал о давних попытках применения ракет в армии, но в конце концов от них всегда отказывались...

Так говорил выдающийся авиационный инженер-конструктор Евграф Шекунов в беседе с будущим отцом советской космонавтики, Сергеем Королевым. Говорил в тот момент, когда реактивные снаряды «катюш» уже били по немцам, а сами немцы уже строили Фау-2. Этот пример мы берем из книги Ярослава Голованова «Королев: мифы и факты», изданной в 1994-м. Процитируем еще один отрывок из нее.

«Иванов, интеллигентно потупившись, молчал, потом спросил осторожно:
- Я не совсем понимаю, Сергей Павлович, какую задачу вы собираетесь поставить перед ракетами, которую не могла бы решить авиация?

- Стратосфера. Заатмосферное пространство, - быстро ответил Королев.
- Все ясно. «Стратосфера!» - с издевкой в голосе, ни к кому не обращаясь, как бы сам себе, сказал Крутков, лежащий на кровати. – «Заатмосферное пространство!» Чрезвычайно актуально с учетом последних сводок Информбюро, - с этими словами он демонстративно отвернулся к стене.

Королев пожалел, что вообще затеял этот разговор. И в Болшеве, и на Яузе, и здесь, в Омске, не раз убеждался он, что ничего эти разговоры не дадут, что обратить в свою веру этих умных, знающих людей, прекрасных инженеров, он не в силах. Лучше помалкивать…»

А в это время в Германии – хотя и втайне пока еще от Гитлера – продолжались работы над первой баллистической ракетой Фау-2. Причем на тот момент – под покровительством Германа Геринга, который, в отличие от признанных специалистов, в ракеты поверил. Кстати, основоположника развития ракетной техники в США, Роберта Годдарда, в 1920-е годы бешено травили. В газетах писали, что он – сумасшедший, не знающий, мол. школьного курса физики. Ведь. Понимаешь. Как ракеты будут летать в безвоздушном пространстве, если там, понимаешь, нет воздуха, от которого можно отталкиваться?

«Возможно, в современном мире хорошим тоном считается чинить препятствия революционным открытиям и душить их в зародыше, вместо того, чтобы поддержать и помочь им. Эгоистические интересы, педантизм, глупость и невежество идут в атаку, обрекая ученых на горькие испытания и страдание, на тяжелую борьбу за существование. Такова судьба просвещения. Все, что было великого в прошлом, поначалу подвергалось осмеянию, презрению, подавлялось и унижалось – чтобы позднее возродиться с большей силой, победить с еще большим триумфом...»

Это написал Тесла. В 1905-м. Звучит очень злободневно!

Господи, насколько же больше могли бы сделать гении-изобретатели и новаторы, если бы они не тратили уйму нервов, сил и лет жизни на борьбу с остепененными идиотами и откровенной травлей? И сколько удивительных порывов было похоронено «компетентными экспертами», сколько гениев просто сломалось, так и оставшись в безвестности?


***

Давайте зарежем такую «священную корову», как нобелевские премии. Вот где «признанные специалисты» показали себя во всей красе. Вот где самым нагляднейшим образом видна закономерность: новое пробивается в жизнь не благодаря «признанным специалистам», а ВОПРЕКИ им.

Уже покойный ныне писатель-фантаст Владимир Савченко, из трудов коего лично я очень многое почерпнул (теория нейтрида в нашей с Р.Русовым книге «Сверхчеловек говорит по-русски») проанализировал то, кому давались пресловутые премии на протяжении века с лишним. Савченко изучил и систематизировал список 111 Нобелевских лауреатов в области физики и 10 в области химии (данных, по сути, за работы в области физики), и то, за что эти лауреаты получили премии.

- По его подсчетам получается, что из 121 премии (за великие и поворотные открытия и изобретения - за то, за что и завещал Нобель) - премия была выдана всего 14 раз (12 по физике, 2 по химии), - комментирует работу писателя известный русский мыслитель Юрий Мухин. - Это, к примеру, премия А. Беккерелю за открытие радиоактивности, Ф. Ленарду за работы по катодным лучам, Э. Резерфорду за открытие ядра атома, Дж. Маркони и К. Брауну за работы по созданию беспроволочного телеграфа (речь идет не о справедливости награждения премией того или иного физика и не о том, чей приоритет данного открытия, а о значимости того, за что дана премия). Не вызывает сомнений премия Дж. Чедвика за открытие нейтрона, Э. Ферми за открытие реакций, вызванных медленными нейтронами, О. Гану за открытие реакции деления ядер урана нейтронами или У. Шокли, Дж. Бардиун и У. Браттейу за исследования полупроводников и открытие транзисторного эффекта.

- Но основную массу остальных «открытий» великими и поворотными невозможно назвать даже с натяжкой, и следует согласиться с В. Савченко, что без 79 премированных работ, наша цивилизация вполне обошлась бы, даже если бы их и вовсе не сделали, не то, что не премировали Нобелевками. Можно, конечно, посмеяться над тем, что Шведская Академия премировала шведа 1912 г

. Н. Далена «...за изобретение автоматических регуляторов, соединенных с аккумуляторами газа, которые предназначены для осветительных систем световых маяков и буев».

Но становится не до смеха, когда понимаешь, кого НЕ ПРЕМИРОВАЛИ, - продолжает Юрий Мухин.

Нет среди Нобелевских лауреатов «братьев Райт, создавших первый самолет (1903-8). Нет создателей кино (1895) братьев Люмьер. Нет гиганта электротехники Томаса Альвы Эдисона: электрические лампочки освещают всю планету, от фонографа пошла звукозапись, им открыта термоэлектронная эмиссия, на коей полвека жила - и поныне живет - ламповая электроника - и еще, и еще, великий современник малоизвестных тогда Рентгена и Беккереля; а в списке нет.

Нет Дизеля, создавшего современный двигатель внутреннего сгорания (1897) и открывшего соответствующий процесс; он в миллиардах автомобилей, миллионах самолетных, теплоходных, тепловозных и всяких иных двигателей; в названиях «дизель-топливо» и пригородных «дизелей». Нет Ли де Фореста, создавшего усилительную электронную лампу-триод (1907), без чего не развилось бы ни радио, ни электроника, ни кибернетика. Нет создателей телевидения Розинга, Зворыкина, Франсуорта и др. Нет - только не падайте в обморок! - создателей Персонального Компьютера Возняка и Джобса», - возмущался В. Савченко и остается только присоединиться к нему, вспоминая, скажем, Н. Тесла, ум которого во всей электротехнике вокруг нас.

- А кто же тогда есть среди этой сотни «великих»? «Из 111 по физике 79 - в узкой ядерно-атомной части ее. Три четверти. Из 10 «химических» ВСЕ в этой области». Причем, маразм с годами нарастал: из 14 работ, принесших действительную пользу и являющихся действительными открытиями, во 2-й половине ХХ века были присуждены премии только за две работы - за транзистор и за открытие космического микроволнового фонового излучения. Оба открытия не относятся к атомно-ядерной физике, - говорит Ю.Мухин. - Сам Савченко объясняет это тем, что есть специфика присуждений Нобелевок, и согласно этой специфике, скажем, надо публиковаться, где заметнее, заполучить отзывы и протекции, и, что лучше всего, быть американцем или западноевропейцем. (Умный, про самый талантливый народ смолчал). Но Савченко правильно уловил управленческую сторону этого маразма.

«Швеция маленькая страна с 8 млн. населения. В Нобелевском комитете десяток членов Шведской АН. Где ж им объять необъятное? Вот и запрашивают мнения ПРЕДЫДУЩИХ Нобелевских лауреатов: кому бы дать? И на отзывы новые работы шлют им же.

Если Предыдущий по ядру или кварковый теоретик (попутно верящий и в нейтрино, как в бога) - он что, отринет своих последователей, колег, учеников и скажет: «Давайте присудим тем ребятам, что в гараже собрали первый компьютер!» Не смешите меня. Решает не Нобелевский комитет, тем более, не шведский король. А те же «заезжие ткачи». В основном здесь, по армейскому выражению, «присосались к горячему довольствию» специалисты по атомно-ядерным и кварко-нейтринным темам».
- С последним определением я не соглашусь! – считает Ю.Мухин. -
Кому выдать премию определяют не просто «специалисты по кваркам», а научная международная мафия, которая начала формироваться еще в первой половине прошлого века, и о которой писал Молотову профессор Фрост. Несложная схема мафиозного клана: «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку». К примеру, некий Велихов дает команду публиковать в физических журналах «где заметнее» только статьи с присутствием в списке литературы статей некоего Рабиновича из США, а Рабинович в США советует своим ученикам при написании статей, вставляет в список литературы статьи Велихова. В результате, «по индексу цитирования» и Рабинович, и Велихов становятся великими физиками, без которых ни один другой физик работы не может сделать. Это к пониманию того, как именно, по словам Фроста: «...эта публика захватила в свои руки науку, определяет, или, во всяком случае, пытается определять официальное суждение о качестве научных работ, и отметила свою деятельность колоссальным количеством присужденных ее членам премий им. т. Сталина (так как им удалось захватить ведущее положение и в Комитете распределения этих премий)». А ведь за распределением Сталинских премий не шведский король следил, а сам Сталин. Но, что и Сталин сделает, если вся мафия дружно вопит, что этот физик «великий», а «заграница» это подтверждает?

Так, что сам бог дал этой мафии прибрать и Нобеля к своим липким ручкам…

 

***

 

…Таким образом, читатель, умелый правитель страны должен знать: если к нему приходят маститые ученые и признанные академики и начинают хором твердить, что «вот этот Иванов-Петров-Сидоров предлагает не изобретение, а какой-то бред», если высоколобые эксперты отказывают чему-то в праве на жизнь, не нужно торопиться с выводами. Особенно если тот, кого объявили сумасшедшим шарлатаном – практик и уже имеет успешные наработки. Отсекая явно ненормальных авторов «технологий» вроде каналов связи для общения с Мировым разумом, можно найти среди «отверженных» немало тех, кто способен принести стране эпохальные исторические прорывы.

Перед моими глазами – опыт довольно успешного предпринимателя-инноватора Игрек. Настоящего имени называть не стану – не хочу нарушать данного слова и подводить человека, что называется, под монастырь. Игрек успешно коммерциализовал несколько в 2000-е годы советских разработок, но, к сожалению – за рубежом. Ибо в РФ это почти невозможно. Однако в данном случае важно другое: успешные проекты Игрека развились из тех разработок, каковые эксперты-ученые дружно объявляли чепухой и утопией. Один из таких случаев – уникальная технология «свечения» радарным устройством вглубь работающего турбореактивного двигателя. Она позволяет получать полную картину состояния мотора и еще кое-что, о чем мы пока умолчим. Так вот, официальная наука орала: невозможно что-то получить с помощью радара, когда ему приходится зондировать раскаленную рабочую камеру двигателя, где бушует, по сути, низкотемпературная плазма, и еще бешено вертится турбина с ее лопатками. Но оказалось, что это еще как возможно!

- Когда мне приносят заключение о том, что то-то и то-то – бред, я не тороплюсь выносить окончательное суждение, - рассказывает Игрек. – Просто я очень хорошо знаю, что когда признанному ученому приносят нечто, что противоречит его теории или представлениям, он это «рубит» не глядя. Мы же смотрели более внимательно, рисковали – и в пяти случаях из шести не ошиблись.…

Мудрый правитель страны не станет разгонять официальную науку (это тоже опасно), но он будет и полностью доверять ей вершение судеб изобретателей и авторов новых теорий. Настоящий вождь и управленец от Бога всегда попытается создать конкуренцию официальной науке. Вникнув в суть дела и отсеяв явных сумасшедших, умный менеджер даст «безумцу» средства на опыты в лабораториях и постройку опытного образца. Ведь тут, как правило, требуются затраты совсем не в миллиарды, а в миллионы рублей, а то и меньше. Успех даже одного «безумца» из нескольких принесет огромный положительный эффект, ускорит развитие страны и встряхнет официальную науку. Именно так поступали Гиммлер (СС) и Берия (НКВД), оказывая помощь непризнанным гениям по линии своих ведомств.

***


Основоположник современной геологии Чарльз Лайель (1797-1875) говорил: «Открытие, прямо противоречащее совокупности предыдущих исследований, обыкновенно принимается с большим недоверием». Человек знал, что говорил. На своем опыте. Инноваторов и «революционеров в науке» всегда норовили затравить и уничтожить, а их новшества – не пропустить.

Дорога развития человечества буквально усеяна телами погибших инноваторов. Большинство из них сгубили «признанные эксперты» и дебильная обывательская толпа. Большинство людей – вообще немыслящее быдло. Везде – и в России, и в Америке, и а Европе. Думать и изобретать – удел немногих, представителей действительно высшей расы…

Только высшая раса действительно способна увидеть ростки грядущего в окружающей реальности, понять и оценить смелых изобретателей и новаторов. А большинство окружающих нас сограждан все время считает, что все уже изобретено и сделано. Это – исторический факт. Инерцию застоялых «авторитетов» и ослиные умы почтенной публики нужно обходить. И это – дело очень умной и энергичной власти.
Девизом ее должно стать изречение советского авиаконструктора Роберта Бартини:
«Непонятое вами остерегайтесь называть несуществующим»!

 

***

Продолжим наш список интересных примеров.

«Представляется уже бесполезным добиваться дальнейших усовершенствований и ставить перед изобретателями новые задачи. Все мыслимое уже достигнуто…»
Эти слова сказал в 1909 году знаменитый фельдмаршал фон Шлиффен, говоря об артиллерии. Сказал как раз накануне эпохальных прорывов в этой области. И, кстати, слова Шлиффена все чаще можно слышать век спустя – только в среде большого бизнеса…

Продолжим линию примеров.

«Бурение земли в поисках нефти? Вы имеете в виду, что надо сверлить землю для того, чтобы найти нефть? Вы сошли с ума!» (ответ ученых на проект Эдвина Дрейка, создателя современной нефтедобычи, 1859 г.).

«Такое устройство, как телефон, имеет слишком много недостатков, чтобы рассматривать его, как средство связи. Поэтому считаю, что данное изобретение не имеет никакой ценности...» (Из прений специалистов в компании «Western Union» в 1876 г.)
«Летающие машины тяжелее воздуха невозможны!» (Лорд Кельвин, президент Королевского научного общества, 1895 г.)

«Все, что могло быть изобретено, уже изобрели...» (Чарльз Дьюэлл, специальный уполномоченный американского Бюро патентов, 1899г.)

«Эта музыкальная коробка без проводов не может иметь никакой коммерческой ценности. Кто будет оплачивать послания, не предназначенные для какой-то частной персоны?» (Так высказывались партнеры ассоциации «David Sarnoff» в ответ на предложение Сарнова инвестировать в проект создания звукового радиовещания, 1920 г.)

«Да, кого, к чертям, интересуют разговоры актеров?» (Реакция Х.М. Уорнера, голливудского киномагната и совладельца компании «Warner Brothers» на использование звука в кинематографе, 1927 г.)

«Нет ни малейшего шанса, что ядерную энергию когда-нибудь можно будет использовать. Для этого потребовалось, чтобы атомы распадались по нашей воле…» (Альберт Эйнштейн, 1932 г., за тринадцать лет до взрыва первой атомной бомбы, за 22 года – до пуска первой АЭС в Обнинске…)

«Если бы такая реакция случилась, она не могла бы остановиться и Земли не существовало бы…» (Академик Петр Капица, 1940 г. Ответ на вопрос: «Разве нельзя ожидать ничего от развития цепных реакций?»)

Смешно – но практически то же самое стали писать в Интернете, когда в июле 2008-го готовился к запуску европейский коллайдер-ускоритель частиц, призванный стать ступенью к управляемой термоядерной реакции…

«Авиационные конструкторы, исключая Лавочкина, к ракетной технике относились, мягко говоря, сдержанно. Как, впрочем, на первых порах и к реактивной авиации. По свидетельству того же Б.Е.Чертока, Александр Сергеевич Яковлев «недружелюбно относился к … работам по БИ (ракетный перехватчик Березняка и Исаева с жидкостным ракетным двигателем Душкина. – С.К.) и к работам А.М.Люльки по первому отечественному варианту турбореактивного двигателя» и даже опубликовал в «Правде» нашумевшую статью, где характеризовал немецкие работы в области реактивной авиации как агонию инженерной мысли фашистов. А Берия ракеты поддержал сразу…» (Из книги Сергея Кремлева «Берия. Лучший менеджер ХХ века»…)

«Думаю, что на мировом рынке мы найдем спрос для пяти компьютеров...» (Томас Уотсон, директор компании «IBM», 1943 г.)

«В будущем компьютеры будут весить не более, чем полторы тонны...» ( журнал «Popular Mechanics», 1949 г.)

«По всей видимости, биржевые курсы надолго останутся на очень высоком уровне!» (Ирвинг Фишер, профессор экономики в Йельском университете, 1929 г., за две недели до обрушения фондового рынка, с коего началась Великая депрессия, породившая опаснейший кризис капитализма, что разрешился Второй мировой войной…)

Будущий нобелевский лауреат, американский экономист Поль Кругман, в 1994 году утверждал, что быстрый экономический рост красного Китая – это ненадолго, и что те, кто ожидает он КНР выхода в экономические сверхдержавы сейчас, напоминают тех простофиль, которые в 1950-е годы думали, что СССР в обозримом будущем превзойдет США. Кругман в 1996 г. утверждал, что не Китай, а РФ выбрала правильный путь реформ. В 2009 году оказалось, что КНР дает экономический рост в 9% на фоне серьезного спада во всем мире, а РФ – так вообще оказалась в глубокой зце, дав рекордный (наряду с Японией) уровень спада.

Нобелевский лауреат Роберт Лукас («светило» неолиберализма) объявил в 2004 году, что задача предотвращения депрессий решена. В 2008-м грянула Великая депрессия-2. Всемирная…

Накануне кризиса 2008 года его один нобелевский экономист, Йозеф Штиглиц, даже книгу написал о том, будто глобальный кризис невозможен. А Нуриэля Рубини, предсказывавшего тяжелую депрессию на Западе, до 2007 года в США просто оплевывали и клевали. Хор признанных аналитиок и экономистов пел о том, что это невозможно и обвинял Рубини в том, что тот не строит математических моделей!

«...Нам не нравится их звук, и вообще, гитара – это вчерашний день...» (Отзыв из звукозаписывающей компании «Decca Recording Co», отказавшейся от записи альбома группы «Битлз» в 1962 г.)

«Но что... может быть полезного в этой штуке?» (Вопрос на обсуждении создания микрочипа в «Advanced Computing Systems Division of IBM», 1968 г.)
«Не вижу причин, по которым кто-либо захочет иметь компьютер у себя дома!» (Кен Олсон, основатель и президент корпорации «Digital Equipment», 1977 г.)
«640 килобайт должно быть достаточно для каждого...» (Билл Гейтс, 1981 г).
Можно вспомнить и другие случаи, когда «признанные эксперты и специалисты», а также «светила науки» оказывались слепцами и глупцами, тогда как «безумцы» и мечтатели – гениальными пророками. Знаменитый изобретатель Томас Эдисон (1847-1931 гг.), создатель первого в мире технополиса (Менло-Парк), с пеной у рта доказывал, что электродвигатель на переменном токе невозможен, равно как и промышленное использование переменного тока. Он травил Теслу, занявшегося переменным током. А когда его пригласили посмотреть на электромотор русского инженера Доливо-Добровольского, работающий на переменном токе, Эдисон зло бросил:

- Нет, нет, переменный ток – это вздор, не имеющий будущего. Я не только не хочу осматривать двигатель переменного тока, но и знать о нем не желаю!

И Эдисон же считал, что телефонная связь через Атлантику невозможна.

 

***

Можно вспомнить и другое. О том, как едва не уничтожили русско-советского гения Михаила Тихонравова, что в 1947 г., работая в подмосковном НИИ-4, предложил делать искусственный спутник Земли и ракету для его выведения – по многоступенчатой, «пакетной» схеме. 14 июля 1948 года на годичном собрании Академии артиллерийских наук Тихонравов выступил с докладом об искусственном спутнике Земли. Его доклад слушали в гробовом молчании. Один из гостей презрительно бросил: мол, НИИ-4 нечем заниматься, если он решил перейти в область фантастики. Даже будущий Генеральный космический конструктор Сергей Королев тогда не поддержал Тихонравова, главной задачей считая создание добивающей до США ракеты. В начале 1949 года, несмотря на сопротивление начальника НИИ-4 Нестеренко, исследования по многоступенчатой схеме ракеты артиллерийское начальство распорядилось закрыть! Закрывался самый быстрый путь СССР в космос.

В марте 1950 года, во время очередной научно-технической конференции, Тихонравов сделал еще один доклад о том, что уже сейчас можно запустить в космос искусственный спутник Земли с помощью многоступенчатой ракеты (Тихонравов называл ее «пакетом»). Кроме того, говорил исследователь, дальность боя многоступенчатых баллистических ракет уже сейчас можно сделать неограниченной, причем в самом ближайшем будущем! Зал стал возмущенно шуметь еще в ходе доклада. Но когда Тихонравов завершил выступление, раздались вопли: «А зачем это нужно? Нам что, делать нечего?» «Надо кончать эту канитель! Это же бред!» «Пакет не взлетит! Он опрокинется! Он разрушится!»

Когда зал удалось успокоить, Тихонравов попробовал было рассказать о тех возможностях, что дадут стране спутники, заговорил даже о полете человека в космос. И снова раздался хор возмущенных голосов. Самое ужасное, что представитель госкомисии, проверявшей работу НИИ-4, П.Чечулин, взяв слово, обозвал проект с запуском спутника «фантастикой и никому не нужной затеей». И что не надо тратить времени не только на такие исследования, но даже и на их обсуждение. И вообще НИИ-4 вместо того, чтобы «решать насущные задачи ракетной техники, ведет исследования надуманных, неактуальных проблем».

И только невероятно упорство Тихонравова, продолжавшего свои работы «подпольно», спасло дело. В 1953 г. на сторону Тихонравова стал сам Сергей Королев. (Пример берем из интереснейшей книги В.Хозикова «Ракетные боги Кремля»…)
Подчас эпохальным прорывам в науке и технике мешало элементарное ретроградство чиновников и генералов. Возьмем судьбу талантливейшего американского авиаконструктора Джона Нортропа. С начала 1940-х годов он разрабатывал и строил прекрасные самолеты совершенно непривычного вида – типа «летающее крыло-бесхвостка». Аэродинамически самолеты такой схемы на треть эффективнее машин привычной, крылато-хвостатой, схемы. У таких самолетов ниже лобовое сопротивление, а потому они летают дальше и быстрее машин классической схемы. Однако в 1949 году государственную программу по «летающим крыльям» прикрыли на добрых тридцать лет. И только незадолго до своей кончины Нортроп, увидев чертежи «стелса»-летающего крыла Б-2 «Спирит», заплакал и произнес: «Теперь я знаю, зачем Господь даровал мне последние четверть века жизни…» К слову: в 1980-е КБ имени Туполева создало проект сверхдальнего воздушного корабля-ракетоносца по схеме «летающее крыло». Но СССР погиб, а в «беловежской Расее» этот перспективный проект отвергли.

***

А знаете, как появился Интернет? Тоже вопреки позиции заслуженных авторитетов и через ломку эгоистичных бизнес-интересов.

Все началось с работы инженера Поля Барана в США 1960 года. Молодой выходец из Польши, он ужасался тому, что внезапная ядерная атака СССР может вывести из строя узлы централизованной системы связи Соединенных Штатов. И тогда невозможно будет отдать приказ стратегическим силам Америки на ответный удар. Тем более, что телефонные коммуникации в то время были монополизированы всесильной корпорацией «АТ&T» («Америкэн телефон энд телеграф»). Стоило уничтожить ее центральный офис – и Соединенные Штаты лишались телефонной связи. Баран предложил строить связь по принципу нейронной сети головного мозга. Так, чтобы система могла строить тысячи возможных вариантов соединения одной точки с другой, обходя пораженные и уничтоженные участки. При этом сами сигналы инженер предложил делать не аналоговыми, а цифровыми и пакетными. Он смог создать систему шифрования сигналов в виде нолей и единиц, разделив послания на пакеты, в которых содержалась информация о получателе сообщения, его местонахождении и времени пребывания адресата в сети связи. Пакеты должны были автоматически искать нужный путь прохождения от до получателя информации. Отпадала потребность в узловых станциях телефонных коммуникаций, в «прямом проводе». Штаб мог связаться с нужной ракетной или бомбардировочной базой хоть через Канаду, хоть через Гавайи. Мир превращался как бы в один мозг, а связь – в нервную систему. (Алекс Абелла. «Солдаты разума» - Москва, АСТ, 2010 г., с. 154. Правда, перевод ужасный).

П.Баран обратился со своей идеей ко всесильной монополии «АТ&T». Но инженера приняли холодно. Мол, даже если вашу систему и возможно создать, все равно компания этого делать не собирается. Ибо тем самым создается конкуренция ее прежней системе связи.

Правда, Баран все равно победил. На его счастье, в США с 1957 года при Пентагоне работает Агентство передовых разработок (ДАРПА), куда он и пришел. Система, созданная на основе советского опыта, система-прогрессор, ДАРПА начала проект – и к 1969 году запустила сеть АРПАнет. Из которой затем вырос Интернет, изменивший мир и давший в руки США рычаги глобальной гегемонии. И, собственно говоря, из той же идеи выросла и мобильно-сотовая связь.
Но что случилось бы, не будь у США магической структуры (ДАРПА), умеющей действовать поверх капиталистическо-шкурных интересов и делать рисковые вложения в прорывные инновации? Ведь ДАРПА – структура уже некапиталистическая, а планово-проектная, футурологическая. Она не прибыль во главу угла ставит, а прорывность.
Таким образом, и тут инноваторам пришлось ломать сопротивление косной – отнюдь не советской! – системы в «самой свободной» стране мира.

В сущности, ничего не изменилось и сегодня. Более того, сейчас неверие общества в возможность радикальных инноваций только выросло. Неверие из среды «признанных специалистов» проникло и в массы обывателей. Интернет усилил эту тенденцию: сегодня гению-новатору приходится еще хуже, чем век-два назад. Интернет выплескивает на него цунами оскорблений и нападок. Постмодернистские массы стали массами ни во что не верящих кретинов, норовящих втоптать в грязь всякого, кто выделяется из серого фона двуногих животных-потребителей. Это – что на Западе, что в постсоветском гнилом болоте. Вот еще один пример, вычитанный мною в журнале «Популярная механика» за сентябрь 2010 г.

Еще в 1969 году инженер фирмы «Дуглас Эркрафт» Эндрю Бауэр на спор построил повозку с пропеллером, которая, идя по ветру, первышала скорость оного на 20%.
Уже в наши дни Джон Бортон и Рик Кавальяро (2004 г.) затеяли дискуссию в Паутине: возможно ли это повторить?
«…Скептики, которых было подавляющее большинство, утверждали, что ничто подобное, как и вечный двигатель, невозможно в принципе. Причем в их рядах, помимо дилетантов-всезнаек, было немало профессионалов в области аэродинамики и опытных яхтсменов… Их аргументы выглядели бронебойно – когда гипотетический аппарат, идущий строго по ветру, достигнет скорости самого ветра, он будет неизбежно остановлен встречным ветром. Кроме того, если учесть, что КПД любой механической системы всегда меньше сотни (а на практике редко переваливает за полтинник), то идея выглядит и вовсе несерьезной…» - пишет Владимир Санников («По ветру, быстрее ветра» - «Популярная механика», сентябрь, 2010).

В 2006 г. яхтсмен из Флориды Джек Гудман построил модель трехколесного аппарата с воздушным винтом, передающим энергию ветра на колеса. И достиг с ее помощью скорости больше, чем у попутного ветра. Выложил сцены испытаний в Интернете, и…

«…Помои полились на Гудмана зловонным потоком. Одни неверующие комментаторы обвиняли его в том, что к аппарату была прикреплена тончайшая леска, другие – в том, что дорога шла под уклон, а контрольные приборы были специально подкручены, третьи кричали, что внутри конструкции был установлен моторчик с батарейками…»

Только постройка полноценного буера с водителем, который снова превысил скорость попутного ветра, заткнула пасти толпе обывателей-идиотов.
Поэтому, читатель, вы часто можете видеть, как кого-то бьют, рисуя математические модели, выписывая формулы, апеллируя к законам физики и опираясь на мнения академиков Большой Академии. Но это еще ничего не значит! Критерий должен быть один: опыт. Реальный эксперимент. Ибо без него толпа ослов затопчет вас, оперируя «бронебойными» аргументами. Помнится, на фирме, производящей установки для отопления с помощью водной кавитации, мне рассказывали: они показали установку академику РАН. А он заявил: «Вы дескать, спрятали в ней электроподогрев воды….»
Аргументы «ученых» чаще всего недалеко уходят от обывательских.

 

Посему, читатель, когда ты сегодня слышишь хор голосов, утверждающих: «Имярек – безумец, а его изобретение – это бред, который не будет работать!», вспоминай, пожалуйста, все описанные здесь примеры.

 

(В СНОСКУ:

Автор сих строк не удивляется, когда его книги объявляются бредовыми. Я и впредь буду рассказывать о носителях магических технологий и их проектах, невзирая на все вопли. И отрицательные мнения «авторитетов» и «специалистов» для меня останутся лишь словами. Критерием истины для Калашникова будет одно: практика! Успешное или неуспешное действие реальных машин и установок, реальных устройств. Причем созданных не в подвале, «на коленке» и не на скудные гроши самих изобретателей, а полноценных установок, строительство коих профинансировано либо государством, либо крупными корпорациями. А противоречит ли это официальным научным теориям или нет – меня совершенно не волнует.

В этих условиях 90% опытных установок могут действительно оказаться «туфтой». Но оставшиеся 10% своим успехом в сто раз окупят все затраты и приведут к эпохальным прорывам, к Русской победе!)

 

Источник - http://m-kalashnikov.livejournal.com/721269.html

Hosted by uCoz